Догнал 121% или как Франция превратилась в «больного человека» Европы .Автор: Шломо Маоз. «Маарив», 9 октября 2026 г.
​•1. Европа погружается в кризис.
​Старый Континент по-прежнему остается одним из самых развитых, стабильных и богатых регионов мира — с прочной демократией, развитой системой социальной защиты и высоким уровнем жизни. Однако одновременно с этим Европа демонстрирует явное отставание по темпам роста по сравнению с США и теряет позиции в сфере технологических инноваций, где лидерство захватили Соединенные Штаты и Китай (прежде всего на передовой искусственного интеллекта).
​Франция оказалась в эпицентре политического кризиса, который накрывает всю Европу и втягивает ее в экономический хаос на фоне резкого удорожания стоимости государственных заимствований. Европейские правительства уже несколько лет живут с постоянным дефицитом бюджета. Им жизненно необходим капитал с международных финансовых рынков, чтобы перекрывать эту брешь, поскольку повышать и без того тяжелое налоговое бремя на бизнес они уже не могут. Доходность 10-летних французских гособлигаций недавно достигла 4,9–4,96% — абсолютный рекорд с июля 2002 года.
​Иными словами, Франция переживает острый финансовый кризис, волны от которого расходятся по всему континенту. Франция, пытавшаяся построить «республику для всех» — включая миллионы мигрантов из Африки, с Ближнего Востока и из Центральной Азии, — теперь платит по счетам. Протесты школьников и студентов, вспыхнувшие в мигрантских пригородах, охватили погружающуюся в кризис страну.
​Всего пять лет назад французское правительство привлекало 30-летние кредиты под 0,7–0,9% годовых, а сегодня вынуждено платить 5,33–5,5%. Такой уровень ставок парализует всю национальную экономику: бизнес просто не способен работать в таких условиях. Экономический рост во Франции в этом году едва наскреб 0,7%, бюджетный дефицит достиг 5% ВВП, а соотношение долга к ВВП давно пробило установленный в Еврозоне потолок в 60% и взлетело до 121%.
На стыке веков и вплоть до середины 2010-х годов «больным человеком Европы» привычно называли Италию. Сегодня, на фоне серии масштабных провалов, этот титул перешел к Франции. Тяжелый фискальный дефицит, накопленные долги, далеко выходящие за рамки Маастрихтских критериев, политический паралич, блокирующий любые structural-реформы, и крайне дорогая стоимость обслуживания заимствований — все это не оставляет Франции позитивных перспектив.
​•2. Оборонный тупик и «немецкая рана».
​Положение Европы усугубляется не только хронической болезнью Франции. Страны континента вынуждены экстренно раздувать военные бюджеты из-за сохраняющейся угрозы со стороны России и жесткого требования администрации Трампа: Европа должна рассчитывать на себя, а не полагаться во всем на США, как это было со времен Второй мировой войны.
Совокупный оборонный бюджет 27 стран Евросоюза достигнет в этом году 2,2% ВВП, а для 21 страны Еврозоны — 2,4% ВВП. Это исторический рекорд в 454 миллиарда евро. По сравнению с 2025 годом военные расходы ЕС выросли на 8,6%, а по сравнению с 2021 годом — на 75%.
​Для Вашингтона эпоха «бесплатных обедов» закончилась. Около 36% текущих инвестиций в европейский ВПК направляется на закупку оборудования и станков для расширения производственных мощностей в будущем — это более чем на 20% превышает показатели прошлых лет.
​Удорожание государственных заимствований для покрытия дефицита автоматически подтягивает вверх стоимость капитала и для частного сектора Еврозоны — ведь на рынке все относительно. Доходность 10-летних облигаций Германии, считающаяся главным ориентиром для европейского рынка, подскочила до 3,4%, а 30-летних — до 3,82%. А ведь всего пять лет назад германское правительство занимало на 10 лет под минус 0,3%, а на 30 лет — под минус 0,04%. Тогда инвесторам приходилось доплачивать за право держать немецкие бумаги!
​Рост экономики Германии в этом и следующем году оценивается скромными 1,1%. Берлин изранен и истекает кровью, уступив мировое первенство в автопроме Китаю. Десятки тысяч немцев оказываются на улице в отрасли, которая со времен Второй мировой войны была главной гордостью страны — прежде всего на заводах Volkswagen.
Инфляция проявила «вязкость»: сейчас она составляет 3,3%, а в следующем году вряд ли опустится ниже 3%. Падение курса евро до полугодового минимума лишь подстегнет рост цен через подорожание нефти и другого импорта, номинированного в долларах. Соотношение долга к ВВП Германии достигнет 66%, а к 2030 году может вырасти до 70% из-за инвестиций, финансируемых дорогими займами ради предотвращения рецессии (хотя это все еще ниже среднего показателя по Еврозоне в 88%).
Оборонные расходы Германии продолжают расти: они уже достигли 2,2% ВВП, а к 2029 году поднимутся до 3,5%. Это неизбежно раздувает дефицит бюджета — до 3,7% в этом году и до 4,1% в 2027-м, так как повышать налоги правительство не планирует.
​(К слову: могли бы вы поверить, что Греция — недавний главный банкрот континента, где 300 тысяч домохозяйств отключали от электричества, — сегодня привлекает 10-летние займы под 4,4%? Это меньше, чем платит Франция! В этом году греческая экономика растет почти на 2% — куда быстрее падающей французской, хотя безработица там остается высокой (7,4%), а долг составляет огромные 140% ВВП).
​•3. Южный фланг: Италия и Испания .
​Италия платит по 10-летним займам 4,64% (против 4,8% три года назад). Рост ВВП в этом году составит около 1%, инфляция в сентябре держалась на уровне 4,1%, безработица — 6,2%, а дефицит бюджета колеблется у отметки 3,4% при долге в 138% ВВП.
​Испания, открыто пошедшая на конфликт с США и заявившая, что не станет существенно поднимать военный бюджет выше текущих 2% ВВП, тем не менее тоже страдает от роста ставок из-за соседства с Францией. Доходность ее 10-летних бумаг поднялась до 4,04–4,08% (против минимума в 2,74% в конце 2024 года).
​При этом Испания показывает хороший экономический рост (2,1–2,4%) за счет внутреннего потребления, несмотря на высокую безработицу (почти 10%). Бюджетный дефицит держится на уровне 2,4% ВВП, а долг подбирается к 100%.
•​4. Вызовы и парадоксы Израиля.
​Президентские выборы во Франции состоятся 18 апреля. Ожидается, что Эмманюэля Макрона сменит либо лидер правых Марин Ле Пен, либо Жан-Люк Меланшон — один из самых заметных ветеранов радикального левого движения, основатель партии «Непокоренная Франция» и человек, стоящий за текущей волной студенческих протестов. Меланшон выступает с радикально-социалистической программой: резкое повышение налогов для богатых, снижение пенсионного возраста, контроль над ценами, а также выход из НАТО и пересмотр структуры ЕС.
​Для израильтян инвестиции в Европу становятся все более рискованными. Международная арена усложняется, однако главным спасением для макроэкономики Израиля остается высокий мировой спрос на продукцию нашего хайтека и оборонного комплекса. Заказы со стороны европейских стран лишь растут, несмотря на пропалестинские и антиизраильские демонстрации на улицах их городов.
​Израиль ждут непростые годы после выборов в конце месяца. Доходность израильских 10-летних облигаций составляет 4,17% (против 5,1% в мае 2024 года), даже несмотря на то, что страна потратила 450 млрд шекелей на финансирование военной кампании. При этом Израиле происходят настоящие экономические чудеса: инфляция держится около 1,5%, ключевая ставка — 3,35%, а дефицит бюджета на август 2026 года составил 3,2% (во многом благодаря росту налоговых поступлений почти на 12%).
​В 2027 году ожидается рост израильской экономики на 5,5% (после 4% в текущем году), хотя дефицит может подняться до 4,2%, а долг останется на уровне 69% ВВП. Главная интрига заключается в том, как новое правительство справится с версткой бюджета на 2027 год — одного из самых сложных и ответственных в истории страны.