Powered by Invision Power Board
Здравствуйте Гость ( Вход | Регистрация ) Выслать повторно письмо для активации

  Reply to this topicStart new topic

> "Другая" Германия, Дело "Белой Розы"
Legio_X
Отправлено: Авг 26 2016, 09:08
Quick Quote Quote Post


Активный пользователь
***

Группа: Модераторы
Сообщений: 647
Регистрация: 9-Октября 15

Репутация: 79




user posted image
Члены немецкой антифашистской организации «Белая Роза» — 22-летняя студентка философского факультета Софи Шолль (в центре), ее брат, 24-летний студент-медик Ханс Шолль (слева) и 23-летний студент-медик Кристоф Пробст. 1942 год.

18 февраля 1943 года в Мюнхене арестованы по обвинению в государственной измене. Через 4 дня казнены на гильотине.


«Белая роза» не была организацией в полном смысле слова — создать организацию в те времена было вообще невозможно — она представляла собой группу единомышленников, которых связывала личная дружба и готовность сопротивляться режиму.

16 сентября 1917 года в городе Оренбурге у врача Хуго Шмореля и его супруги Наталии Петровны Введенской, дочери православного священника, рождается сын. Крестят его в Православие с именем Александр. Шурику всего лишь год, когда Наталья Петровна умирает от тифа, и отец находит ему няню, Феодосию Константиновну Лапшину, а спустя два года женится на оренбуржанке немецкого происхождения, как и он сам. Во время гражданской войны семья Шморелей покидает Россию и поселяется в Мюнхене, столице Баварии. С ними едет няня Феодосия, превратившаяся по документам в их родственницу, Франциску Шморель. Она и воспитывает Шурика в православной вере, так как остальные члены семьи, включая младших братика Эриха и сестричку Наташу, католики.

Еще в школе, реальной гимназии, Александр дружит с Кристофом Пробстом, который начинает интересоваться русской литературой и изучает русский язык. После окончания гимназии в 1937 году он вступает в рабочие отряды. Тогда он начинает понимать, что увлекшая его, как и большинство его сверстников, идея народного возрождения в том виде, который предлагают национал-социалисты, неприемлема. Тем не менее он еще два года вынужден оставаться в армии. Ради возможности уйти в отставку поступает на медицинский факультет сначала в Гамбурге, потом в Мюнхене.

user posted image
Александр Шморель

В университете он знакомится с Хансом Шоллем, который, как и он, убедился в неприемлемости нацистской идеологии. Между ними завязывается дружба, к которой примыкает и Кристоф Пробст. Со временем круг единомышленников расширяется, одним из таких знакомых становится профессор Курт Хубер, известный своими критическими высказываниями в адрес режима. Все больше общаются и с Вилли Графом, также студентом медицины, который серьезно занимается музыкой. Когда Ханс Шолль находит в своем почтовом ящике листовку с проповедью католического епископа, открыто выступающего против нацистов, у него рождается идея именно листовками призывать людей к сопротивлению. Зная, на какое опасное дело они идут, Ханс с Александром не сразу привлекают к нему друзей. Особенно опасаются они за Кристофа, у которого к тому времени уже двое детей.

user posted image
Ханс Шолль

«Самое недостойное для культурного народа — это без сопротивления позволить управлять собою клике безответственных властителей, преданных темным страстям...» — так начинается первая листовка. Ее рассылают по почте наугад или же просто бросают в почтовые ящики. Когда некоторые экземпляры попадают в руки друзьям, те по стилю листовок быстро догадываются, кто их авторы. Вилли активно подключается к производству листовок, которые печатают на пишущей машинке и размножают на ротаторах, купленных Александром. Помогать хочет и младшая сестра Ханса, Софи. Весной 1942 года, поступив в Мюнхенский университет на биологию и философию, она поселяется у брата и быстро осваивается в кругу его друзей и становится одним из самых активных членов «Белой розы». 27 июля 1942 года она пишет подруге: «Ханс на прошлой неделе попал в Россию со всеми остальными, которые в течение прошедших недель и месяцев стали мне друзьями». До отъезда студентов-медиков на восточный фронт они составили и распространили еще три листовки, в которых сопротивление называют «святейшим долгом всякого немца». «...Своим апатичным отношением к этим темным личностям ты даешь им возможность так действовать, ты терпишь это «правительство», которое несет такую безмерную вину, да ты же и сам виноват, что оно вообще могло возникнуть!...» — пишут они во второй листовке. «Может ли быть, так спрошу у тебя, тебя — христианина, может ли присутствовать в этом поединке за сохранение твоих высших ценностей какая бы то ни было нерешительность, игра интриг, оттягивание решения с надеждой, что кто-нибудь другой за тебя поднимет оружие, чтобы тебя защитить? Не дал ли сам Бог тебе силу и мужество для борьбы?», это была последняя листовка перед отправкой на фронт, где ему предстояло служить на центральном перевязочном пункте 252-й дивизии Вермахта в районе Гжатска.

user posted image
1942 г. Хуберт Фуртвенглер, Ханс Шолль, Вилли Графт, неизвестный, Софи Шолль и Александр Шморель перед отъездом на Восточный Фронт.

Для Александра поездка в Россию означает встречу с Родиной, которую он покинул в трехлетнем возрасте. Теперь он открывает Россию и своим друзьям: Хансу, Вилли и Хуберту Фуртвенглеру. Вилли пишет об этом в письме 29 августа 1942: «...Один из нас, тоже медик, прекрасно говорит по-русски, так как он родился здесь (...) Он впервые с тех пор видит эту страну, да и мне открывается многое, что было до того неизвестно или по меньшей мере непонятно. Часто он рассказывает нам о русской литературе, с местными жителями у нас совсем другие отношения, чем если бы мы не могли объясняться. Уже часто мы пели с крестьянами и слушали их чудесные, старинные песни. При этом немного забывается все грустное, что часто приходится видеть».

user posted image
Вилли Графт

После трехмесячного пребывания на фронте студенты возвращаются в Мюнхен. Они расширяют поле деятельности, устанавливают контакты с подпольными организациями в других городах Германии. После поражения немецких войск под Сталинградом восстание народа и свержение гитлеровской «шайки» им кажется настолько реальным, что они продумывают политическую концепцию для свободной Германии. Их цель - достучаться до сознания сограждан, донести до них преступления Третьего Рейха, призвать к сопротивлению. «Мы не молчим, мы - ваша нечистая совесть. «Белая роза» не даст вам покоя!» - листовки стали появляться сначала в Баварии, а позже доходили уже до Ульма, Штутгарта, Регенсбурга, Зальцбурга и Вены.

user posted image
Курт Хубер

3-го февраля 1942 г. по радио сообщили о поражении армии генерала Паулюса под Сталинградом. В Германии объявлен четырёхдневный траур. Ответ «Белой розы» был по-мальчишески дерзким. Помимо распространения по всей стране пятой листовки «Воззвание ко всем немцам», Александр, Вилли и Ханс, вооружившись краской и кисточками, ночью двинулись в центр города. «Гитлер - убийца!», "Свобода!" - писали они на стенах домов. Наутро весь Мюнхен говорил об этих надписях.

user posted image
София Шолль

На 18 февраля 1943 года готовится акция, которой суждено будет стать последней. «Студентки! Студенты! На нас смотрит немецкий народ! От нас ожидает он, как в 1813 разрушения наполеоновского, так в 1943 разрушения национал-социалистического террора могуществом духа». Это слова из листовки, экземпляры которой Ханс собирается разложить по всему зданию университета. С ним хочет пойти Кристоф Пробст, но двадцатидвухлетняя Софи настаивает на том, чтобы самой помочь брату. Она хочет таким образом избавить друга от лишнего риска, так как его жена ждет третьего ребенка. Автором шестой, последней, листовки выступил профессор Курт Хубер. 18 февраля Ганса и Софи Шолль задержали с поличным в университете. Они спешили разложить листовки до окончания лекции. Оставшуюся пачку Софи сбросила с верхнего этажа в пустой холл. Одна из листовок пролетела перед носом завхоза. Он и выдал в руки гестапо брата и сестру Шолль с пустым чемоданом. Их хватают и увозят в тюрьму. 22 февраля молодых людей приговаривают к смертной казни гильотиной, вместе с Пробстом, которого взяли днем позже. «Мои любимые родители!» — пишет в этот день Ханс, — «Я полон сил и спокойствия. Приму еще Святые Тайны и блаженно отойду. Дам еще прочитать себе 90 псалом. Благодарю вас, что вы мне подарили столь богатую жизнь...» Приговор - смертная казнь - в тот же день приведён в исполнение. Гансу исполнилось 24, Софи - 21, Кристофу - 23 года.

user posted image
Кристоф Пробст

Через два дня после казни друзей дворник выдает спрятавшегося в бомбоубежище Александра. Уже несколько дней его фотографию печатали в газетах, его разыскивали как уголовника. Он пытался бежать с помощью знакомых русских эмигрантов в Швейцарию или скрыться в лагере русских беженцев в Австрии. Однако тяжелые погодные условия помешали переходу через Альпы. После ареста Александра в течение двух месяцев допрашивают. На допросах он подчеркивает, что действовал как русский и как православный христианин «В любви к России я сознаюсь безусловно... Моя мама была русской, я родился там - как мне не симпатизировать этой стране?». Он заявляет, что полностью осознавал, какие тяжелые последствия могла повлечь за собой борьба с властью, что он может потерять жизнь. «Через все это я переступил, потому что для меня моя внутренняя обязанность к действию против национал-социалистического государства стояла выше этого». После того, как 19 апреля 1943 года суд выносит ему смертный приговор, равно как и профессору Хуберу и Вилли Графу, он пишет своей сестре:

«...Ты, вероятно, удивишься, если я напишу тебе, что внутренне я становлюсь с каждым днем все спокойнее, даже радостнее и веселее, что мое настроение в основном лучше, чем оно было раньше, на свободе! Откуда это? Я хочу сейчас рассказать тебе обо всем: все это страшное «несчастье» было необходимо, чтобы наставить меня на правильный путь — и потому, на самом деле, оно вовсе не было несчастьем. Я радуюсь всему и благодарю Бога за то, что мне было это дано — понять указание перста Господня и через это выйти на правильный путь. Что знал я до сих пор о вере, о настоящей, глубокой вере, об истине, последней и единственной, о Боге? Очень мало! Сейчас, однако, я дозрел до того, что даже в моем теперешнем положении я весел, спокоен и обнадежен — будь что будет. Я надеюсь, что вы также прошли схожий путь развития и что вы со мной вместе, после глубокой боли разлуки, пришли к тому состоянию, чтобы за все возблагодарить Господа. Все это несчастье было необходимо, чтобы открыть мне глаза — но и не только мне, но и всем нам, всем тем, кого оно постигло — в том числе и нашей семье. Надо надеяться, что и вы также правильно поняли это указание перста Господня. (...)».

Рано утром 13 июля 1943 года ему объявляют, что настал день казни. Он призывает священника того прихода, в котором рос и который 50 лет спустя, по воле Божьей, построит кафедральный собор свв. Новомучеников и Исповедников Российских всего в нескольких десятках метров от его могилы. Отец Александр (Ловчий) исповедует и причащает его. В письме Александр прощается с родными и в пять часов вечера встречает смерть.

«Я перехожу туда в сознании, что послужил глубокому своему убеждению истине. (...) Немного часов и я буду в лучшей жизни, у своей матери, и я не забуду вас, буду молить Бога об утешении и покое для вас! И буду ждать вас! Одно особенно влагаю в память вашего сердца: не забывайте Бога!!!
Ваш Шурик».

Казнен 13 июля 1943 года в возрасте 25 лет.

Александр Шморель канонизирован как месточтимый святой Берлинско-Германской епархии Русской Православной Церкви Заграницей (день памяти 30 июня [12 июля]).

user posted image

user posted image

http://komandante-07.livejournal.com/113194.html#comments


--------------------
Fretensis
Top
0 Пользователей читают эту тему (0 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
0 Пользователей:

Topic Options Reply to this topicStart new topic


 


Текстовая версия